Because of Emotion
Чтобы стать счастливым, нужно делиться эмоциями с самыми важными для нас людьми. Эмоции делают нашу жизнь приятнее.

Проект «Because of Emotion» через серию мероприятий заново исследует саму природу коммуникаций и подчеркивает важность передачи эмоций.

Эволюция технологий изменила способ коммуникаций, и изменения эти будут продолжаться и далее. В то же время природа общения, состоящая в том, чтобы делиться с окружающими своими чувствами, не меняется с незапамятных времен. В доисторические времена люди выражали эмоции мимикой и жестами. Хотя цифровая эпоха дала нам возможность обмениваться большими объемами текстовой информации, одна из существеннейших функций общения теряется.

Основываясь на этой концепции, проект «Because of Emotion» представляет различные подходы к эмоциональному общению.

В команду проекта входят Look at Media, Faces & Laces, Tesla Boy, Парк Горького и Doskimag. Кроме того, коммуникационным партнером проекта стал один из ведущих мировых мобильных мессенджеров LINE.

Начиная с середины июня, проект предполагает целый комплекс мероприятий — как онлайн, так и офлайн. Команда проекта будет держать вас в курсе готовящихся событий.

Свернуть
Вова Воротнев: «На вершине стоит Искусство»

Вова Воротнев: «На вершине стоит Искусство»

vova

Вова Воротнев — один из участников кампании BUZZ и проекта «Because of Emotion», запущенных мессенджером LINE в Москве. В рамках него он подготовил уличные стикеры и плакаты, которые помогут горожанам на минутку забыть о своих телефонах и вспомнить о живых эмоциях

Вова Воротнев — один из наиболее перспективных художников современности на постсоветском пространстве, имеющий за спиной богатый граффити-бэкграунд. Правда, с граффити его имя уже давно не ассоциируется. Известный также под псевдонимами Lodek и VOL.VO вот уже много лет он становится главным героем выставок на Украине и далеко за ее пределами.

лушпайки_potato_pill_2012

ALASKA, Kiev,2010

Занятно, что из всего творческого многообразия успех Воротневу принесли именно саркастические принты на футболках и толстовках. Хотя при этом в его портфолио есть мьюралы на территории Украины и Западной Европы, творческие работы в России, специальные проекты, представленные на международных фестивалях. Воротнев без зазрений совести подвергает сомнению все и вся, рушит отношение к символам, к которым мы привыкли с детства и представляет свое видение мировой классики. Его коммуникация со зрителем, с одной стороны, строится на простых ассоциациях, а с другой, влечет за собой сложные, часто противоречивые эмоции. Мы написали Вове письмо и задали семь непростых вопросов, на которые получили еще более непростые ответы.

porr_but_cool_2012

F&L: В одном из своих интервью вы говорили, что в университете изучали философию. Как сейчас вам удается комбинировать визуальное искусство и философию и чем вообще был обусловлен такой выбор специализации?

kiev_2012

Вова: Да, я учился на факультете философии в университете, но в академическом смысле я не комбинирую философию и визуальное искусство. Я вообще забыл, что я там изучал. Специализацию выбирал так, чтобы образование ни к чему не обязывало, просто хотел учиться, чтобы расширять горизонт. После и во время учебы, я занимался граффити, а именно деконструкцией и анализом (на практике и в теории) этой субкультуры. Осознав, что граффити и так называемый стрит-арт не имеют «двойного дна» и потенциала доминирования интеллектуальной партии в этих движениях, я переключился на коммуникационный режим, известный как современное искусство. Это однако не значит, что я ополчился против граффити-райтинга. С удовольствием пшикаю инкогнито, использую язык граффити в «большом искусстве».

F&L: Дискредитация популярных массовых символов — одна из ваших целей. Расскажите, почему это так важно для вас? И есть ли в современной культуре символы (в том числе коммерческие) «неприкосновенные», которые вы бы никогда не стали использовать в своих работах?

NB_Napoleon Bonaparte_2012

2

no_brands_2012

Вова: Расшатывание тирании брендов — это одна из моих целей как дизайнера. Приходится заниматься дизайном, иллюстрацией, так как на одном искусстве у нас не проживешь. Но я отнюдь не жалуюсь. Мне нравится делать футболки, логотипы, издеваться над другими логотипами. Никогда не понимал напыщенных художников, дистанцирующихся от низких жанров, мечущихся перед и между институциями. Субкультура у нас хоть и не создала своей низовой автономной индустрии, но альтернативный вектор задала. Это мой бэкграунд. Что касается «неприкосновенных» символов современной культуры, то таких нет. Есть не стоящие внимания символы.

F&L: Какими бы словами вы сами описали направление, в котором работаете?

Вова: Иерархия моей деятельности такова, что на вершине стоит Искусство. Но помимо искусства есть жизнь, которую я наблюдаю и вкидываю в нее все, что могу ей предложить.

F&L: Как бы вы сейчас охарактеризовали направление (или -ия), в которых двигается современное граффити и искусство?

Вова: Современное граффити двигается по кругу. К счастью, это явление никогда не подписывалось под линейно-восходящее развитие. Граффити как субкультура репродуцирует саму себя. Что касается такого претенциозного явления как стрит-арт, то оно уже никуда не двигается, поскольку давно померло. Имеют место лишь редкие конвульсии и спиритические сеансы в коммерческой и популярной сферах.

Untitled-4

F&L: Чем для вас является современное искусство и кого из его представителей вы выделили бы? Тот же вопрос касается классического искусства — кого бы вы назвали в первую очередь?

Вова: Я не ориентирован на персоналии. Есть направления, язык которых мне наиболее близок. И есть друзья, знакомые, ровесники, которые занимаются практически тем же, что ведет к созданию необходимого коммуникационного поля. В вакууме заниматься искусством невозможно, поскольку искусство, прежде всего, — это коммуникация.

F&L: Насколько велик для вас разрыв между уличным и галерейным искусством?

art_Żulu Nation_Warsaw_ 2011

buff

Вова: Разрыва между уличным и галерейным искусством как такового нет. Произведение может жить как в специализированном пространстве, так и в публичном. Есть разница между институциональным искусством и не институциональным, субкультурным. Последнее в идеале более автономно, бескомпромиссно, не политкорректно, но менее ауторефлексивно, чаще аморфно и более подвержено брутальной коммерциализации.

F&L: Как вы считаете, может ли искусство быть ангажированным и насколько вообще для вас важна связь искусства и политических изменений в мире? Как бы вы охарактеризовали украинское современное искусство и каковы его перспективы?

Вова: Ангажированным искусство может быть, но не обязано. Качество ангажированности определяется методом конкретного художника, а не ярлыком оптового направления. Язык искусства, лично для меня, — язык эмансипированный. Поэтому я различаю политическую проблематику как таковую и слишком грубое ковыряние в ней под флагом искусства. В целом же, границы между политикой и искусством размыты в принципе.

2010

Что касается украинского современного искусства, то сложно говорить об искусстве в национально-географических категориях. Это может быть локальная сцена, которую трудно подвести под общий знаменатель, и может быть некая историческая, культурная, политическая тематика, которой могут заниматься все, кто этим интересуется, вне зависимости от места происхождения. Если говорить о сцене, то в Украине идут довольно активные процессы скорее вопреки, нежели благодаря институциональным «стратегиям развития». Украинская проблематика и была уникальной, а сейчас стала видимой для остального мира. Перспективы обобщенного «украинского искусства» меня мало волнуют, меня больше волнуют перспективы мои и моих единомышленников. И перспективы Украины как таковой.

Фото: Вова Воротнев - http://vovavorotniov.tumblr.com